напряжение перегретого двигателя гудит внутри его солнечного сплетения — перекидывается в горло, дрожит в хватке. между ними не остается воздуха — только плотная, вязкая, горячая среда, в которой тонут звуки, смыслы и слова, уступая место чему-то более примитивному; чему-то, где не существует языкового барьера.