и рекса отделяет друг от друга меньше метра физического пространства, но вместе с тем – больше сотни лет культивированной морали, которой рекс – смывавший раздробленную глоком плоть с лица банни, когда ей было семь, засовывающий точно такой же глок кому-то за щеку для большей убедительности, когда ему не отдавали долги, разрушающий чужие жизни ради цепного поводка финансовой созависимости – напитан, даже будучи зерном, пробившим землю в одном из притонов самого продажного города америки.